irina_Zaharova (irina_zaharovab) wrote,
irina_Zaharova
irina_zaharovab

Нейтралитет: актуальная потребность или рудимент прошлого?



Эксперты МГИМО: Самойленко Виктор Васильевич, к.ист.н.

Профессор кафедры дипломатии Виктор Самойленко — о планах Монголии приобрести статус «постоянного нейтралитета».
Турбулентность и неопределенность, присущие современным международным отношениям, а также ускоряющиеся процессы интеграции при одновременном размежевании интересов государств ведут к слому существующего миропорядка, новому расколу мира. Следствием этого стало возрождение у некоторых стран интереса к такому подзабытому институту, как нейтралитет.
Идеи нейтралитета уходят корнями в XVI-XVII века и связаны со стремлением Швейцарии, находящейся на перекрестке европейской политики, обеспечить свою безопасность и территориальную целостность. Благодаря нейтральному статусу, впервые признанному в 1648 году и официально закрепленному в Парижских мирных соглашениях в 1815 году, эта страна сумела остаться вне самых кровопролитных войн ХХ века, стать одной из богатейших и наиболее благополучных стран мира.

В годы «холодной войны» и противостояния между Востоком и Западом идеи нейтралитета и неприсоединения получили широкое распространение, в первую очередь, среди молодых государств. Однако в последние десятилетия в условиях расширения международного сотрудничества и глобализации их актуальность заметно снизилась. И вот недавно о приобретении статуса «постоянного нейтралитета» вдруг заговорили в Монголии — государстве, расположенном между Россией и Китаем. Парламент Монголии — Великий Государственный Хурал (ВГХ) — даже начал обсуждение соответствующего законопроекта.
Что это — зарождение нового тренда, рудимент «старого мышления» или частный случай, продиктованный внутриполитическими соображениями?

«Постоянный нейтралитет», то есть нейтралитет не только в условиях войны, но и мира, предполагает принятие государством на себя целого ряда обязательств. Среди них — отказ от участия в войнах и военных конфликтах и от предоставления своей территории для иностранных военных баз, запрет на транзит иностранных войск через свою территорию, отказ от ядерного оружия, от участия в экономических бойкотах и блокадах. Нейтральное государство должно воздерживаться от вступления в организации, союзы и группировки, членство в которых может вовлечь его в прямую или косвенную военную конфронтацию или военный конфликт. Оно берет на себя обязательства не допускать на своей территории пропаганды идей, враждебных другим странам, не укрывать лиц, причастных к враждебной деятельности против других стран, в том числе с целью развязывания там внутренних конфликтов, не допускать у себя вербовочной деятельности участников террористических организаций.

Но, помимо этого, государство, решившее приобрести статус нейтралитета, должно обладать устойчивой финансовой системой, достаточно развитой экономикой, способной обеспечить этому государству самостоятельное развитие, экономический суверенитет и оборонную самодостаточность. То есть нейтральное государство не должно быть зависимо от зарубежной финансовой и экономической помощи, от поставок иностранных вооружений и военной техники.

Монголия обладает уникальным географическим положением — находится между самым большим по территории государством и самой населенной страной в мире, которые поддерживают друг с другом тесные торгово-экономические и политические связи, являются близкими стратегическими партнерами. Концепция внешней политики Монголии предусматривает активное сотрудничество с обоими соседними государствами — Россией и Китаем.

Одновременно с этим должны развиваться связи с т. н. «третьим соседом» — совокупностью остальных ведущих государств мира. Очевидно, что поддержание тесного сотрудничества с обоими непосредственными соседями, установление с ними отношений стратегического партнерства ставит Монголию в весьма благоприятное геополитическое положение, так как надежно гарантирует безопасность ее внешних границ. Более того, Россия и Китай, а недавно и международное сообщество в целом признали безъядерный статус Монголии, взяли на себя соответствующие обязательства.

В наши дни в регионе, где расположена Монголия, набирают силу серьезные объединительные процессы, направленные на максимально широкое взаимодействие государств Азии. ШОС, БРИКС, СВМБДА, идеи «Нового шелкового пути», интеграционные процессы в рамках ЕАЭС, дополняемые монгольским проектом «Степного пути», создают в регионе разветвленную сеть экономического, финансового и политического сотрудничества, отвечающего интересам всех вовлеченных в него государств. Начатый по инициативе президента Монголии Цахиагийна Элбэгдоржа процесс консультаций лидеров России, Китая и Монголии о будущем региона открывает перспективы для плодотворного трехстороннего сотрудничества.

Показательно, что в конституции Монголии и в целом ряде национальных юридических актов положения, касающиеся безъядерного статуса страны, запрета на размещение на ее территории иностранных войск, на транзит через нее иностранных военных контингентов, а также миролюбивая внешняя политика и неприсоединение к каким-либо военным союзам уже нашли закрепление. Основы государственной военной политики Монголии, одобренные ВГХ, также предусматривают отказ от использования вооруженных сил страны для решения спорных вопросов, нападения на другие государства, угрозы силой или применения вооруженных силы первым.

В этом контексте идея «постоянного нейтралитета» степной республики, прозвучавшая недавно на заседании Совета национальной безопасности Монголии и обсуждаемая ныне в ВГХ, признаться, выглядит несколько неожиданной, поскольку она выбивается из общей тенденции развития сотрудничества в Азии. Возникает в этой связи ряд очевидных вопросов, на которые желательно было бы найти ответ.

В частности, что изменилось в мире и в регионе и поставило под сомнение стратегическую стабильность, обеспечиваемую благоприятными для Монголии интеграционными процессами в Азии? Какие новые угрозы и вызовы увидели в Улан-Баторе, нейтралитет между кем и кем там хотят себе обеспечить? Вряд ли речь идти о снижении степени доверия к двум непосредственными соседям. Или, может быть, идея нейтралитета должна рассматриваться как свидетельство несостоятельности концепции «третьего соседа», признание ее непродуктивности? Словом, вопросов возникает немало.

Пока на них ответа найти не удалось. В этой связи представляется, что идея объявления постоянного нейтралитета Монголией больше связана с желанием ее руководства привлечь внимание международного сообщества к своей стране, нежели с решением каких-то конкретных, практических задач ее внешней политики. Сталкиваясь с весьма сложной экономической ситуацией, ростом критических настроений в обществе, острой внутриполитической борьбой, Улан-Батор пытается искать выход из накопившихся проблем за счет более энергичной внешней политики. В пользу этого тезиса говорит то, что в последние годы Монголия установила дипломатические отношения практически со всеми государствами мира, добилась принятия страны в члены ОБСЕ, провела в Улан-Баторе форум «демократий», сессию Межпарламентской ассамблеи ОБСЕ, готовится принять лидеров стран АСЕМ, пытается стать площадкой для урегулирования корейской проблемы.

В Улан-Баторе верят в то, что, получив статус нейтралитета, Монголия за счет активной внешней политики сможет привлечь к себе внимание, превратиться в «азиатскую Швейцарию», центр международной политики и дипломатии, удобное место для проведения форумов, конференций и переговоров. Расчет строится на том, что такой статус привлечет в страну масштабные иностранные инвестиции, открывающие путь к ускоренному развитию и процветанию Монголии.
Точка зрения авторов, комментарии которых публикуются в рубрике

«Говорят эксперты МГИМО», может не совпадать с мнением редакции портала.
Tags: монголия, новости, политика
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments